Феофан Затворник

2015 г. — празднование юбилея выдающегося церковно-государственного деятеля, великого подвижника и богослова святителя Феофана, Затворника Вышенского.

Отец Феофана затворника, Василий Тимофеевич Говоров, был священником и отличался истинным благочестием. Как выдающийся среди духовенства, он был назначен на ответственную должность благочинного и нес ее в течение 30 лет, заслужив одобрение начальства, а также любовь и уважение подчиненных. Отец Василий был человеком прямого и открытого характера, добросердечный и гостеприимный.

В прощальных словах владимирского духовенства звучала надежда на то, что Феофан Затворник, как и его великие предшественники, покинув многозаботливую святительскую кафедру, послужит Церкви своими писаниями и духовными трудами: «…как в древности св. Исаак Сирианин, а в недавнее время св. Тихон Задонский, – оба пребывая на безмолвии после трудов святительских, услаждали церковь Христову драгоценными для нее навеки писаниями и сими трудами своими обессмертили в христианстве свою святую память, которую прославил Сам дивный во святых Своих Бог, – так да процветет в летописях дней св. церкви и возлюбленное имя отшельника – иерарха нашего, дондеже облечется вечным бессмертием небесным от Отца Светов. Да сотворит Господь и да исполнит по сим желаниям нашим искренним, молитвами прославившихся зде угодников Своих, к которым благоговейно и всегда притекал с усердными мольбами о заступлении преосвященный Феофан Затворник» [2].

От отца же святитель Феофан затворник унаследовал сильный и глубокий ум. Отец-священник часто брал с собою сына в храм Божий, где он становился на клиросе или прислуживал в алтаре. При этом развивался в отроке дух церковности.

Так под мудрым руководством отца и нежной, любовной попечительностью матери при благочестивой настроенности всего семейства протекали первые годы детства: у родителей кроме Георгия было еще три дочери и три сына.

Учеба Святителя Феофана Затворника в училище и семинарии

Надо сказать, что первоначальное образование отрок Георгий получил в родительском доме: на седьмом году его начали учить грамоте. Отец Василий руководил обучением и прослушивал заданные уроки, а учила детей мать. «Еще в детстве Георгий обнаруживал ум весьма светлый, пытливый, доискивающийся первопричины явлений, быстроту соображения, живую наблюдательность и другие качества, приводившие нередко в удивление окружающих. Еще более возвысился, дисциплинировался и укрепился ум его школьным образованием», – пишет один из биографов святителя Феофана затворника И. Н. Корсунский.

Давая наставления о чтении духовной литературы, Феофан Затворник уточнял у своих адресатов, есть ли в их библиотеке творения святителя Тихона: «Читать для знания – одно дело, а читать для назидания – другое. При первом много читается, а при втором не надо много читать, а как только из читаемого что-либо падет на сердце, останавливайтесь и думайте, стараясь и разъяснить, а более углубить в сердце сию мысль. Это то же, что превратить сие в предмет богомыслия. Так питать будете душу и растить, а не насыпать ее, как мешок. … Св. Тихона читаете? – Добре? Никакая книга не может сравниться с его книгами» [16]. А о. архимандрита просил в письме: «Поклонитесь св. мощам свт. Тихона, и приложитесь к ним, и скажите, что это за меня, чтоб помогал мне святитель Божий» [17].

Святитель Феофан Затворник участвовал в торжествах прославления святителя Тихона, которые прошли в 1861 году. В это время святитель Феофан Затворник находился на Тамбовской кафедре и его участие в торжестве открытия мощей новоявленного чудотворца-святителя «послужило как бы особым благодатным освящением его собственного святительского служения» [3].


Паломнические поездки.

Cвято-Успенский Вышенский монастырь принимает паломников из разных концов России, а также из дальнего и ближнего зарубежья.

Подробнее...

Главное меню.

 
 

 

ПаломничествоПаломничество
ИгуменияИгумения Святыни монастыряСвятыни монастыря Вышенский листокВышенский листок С Выши о Выше. Радио-передачаС Выши о Выше. Радио-передача Воскресная школаВоскресная школа Расписание богослуженийРасписание богослужений ТребыТребы Паломническим службамПаломническим службам Схема проездаСхема проезда
ИсторияИстория
ЛетописьЛетопись ИсследованияИсследования
Свт. Феофан ЗатворникСвт. Феофан Затворник
ЖизнеописаниеЖизнеописание Духовное наследиеДуховное наследие Богослужебные текстыБогослужебные тексты ИсследованияИсследования Феофановские чтенияФеофановские чтения Научные конференцииНаучные конференции Вышенский паломник (архив)Вышенский паломник (архив) Подготовка Полного собрания творений святителя Феофана, Затворника ВышенскогоПодготовка Полного собрания творений святителя Феофана, Затворника Вышенского Юбилейный годЮбилейный год

Свято-Успенский Вышенский монастырьСвято-Успенская Вышенская пустынь находится в Рязанской области на правом берегу реки Выши, неподалеку от впадения ее в Цну. Ближайшими к обители поселениями являются две небольшие деревни – Выша и Важное.

Подробнее...



Расписание движения автобусов

по маршруту «Шацк-Выша-Шацк»


Приглашаем трудников

Свято-Успенский Вышенский монастырь приглашает трудников для проведения работ в обители. Монастырь с благодарностью примет рабочих, имеющих строительные специальности, а также любых желающих, готовых потрудиться по благоустройству территории. Всем будет предоставлено жилье и питание.


Святитель Феофан Затворник.



 

Каширина В.В.

Каширина В.В., д.ф.н.

«Путь ко спасению» в жизни преподобноисповедника Никона Оптинского
(по материалам «
Дневника послушника Николая Беляева»)

В духовной сокровищнице Оптиной Пустыни есть сочинение, написанное в форме Дневника духовной жизни молодого послушника Николая Беляева, впоследствии преподобноисповедника Никона Оптинского. Уникальность этого документа определяется и тем, что он помогает понять, сколь велико значение духовного старческого руководства в деле спасения человека, раскрывает сокровенный путь духовного совершенствования молодого послушника под руководством старца, что обеспечивало духовное преемство в Оптиной Пустыни.

Послушник Николай вел Дневник по благословению своего старца –преподобного Варсонофия Оптинского – с 1907 по 1910 годы. Как свидетельствует монахиня Мария (Добромыслова), автор «Жизнеописания преподобного Никона», последняя часть Дневника пропала у одного из арестованных оптинских иноков [1]. В конце 50-х гг. XX в. братом преп. Никона Иваном Митрофановичем Беляевым были написаны воспоминания об их детских и юношеских годах и комментарии к Дневнику. По сохранившимся источникам Дневник был издан в издательстве монастыря Оптиной пустыни уже в наше время и выдержал несколько переизданий. Как отмечено в Предисловии: «Дневник особенно интересен тем, что, помимо искреннего, живого описания жизни Скита, он приоткрывает нам духовную жизнь великого оптинского старца Варсонофия, ибо послушник Николай подробно, с любовью, записывал в Дневнике все его беседы и наставления» [2].

В «Дневнике» молодого послушника мы можем прочитать о том влиянии, какое оказали на его духовное становление книги святителя Феофана, особенно – «Путь ко спасению», об отзывах преп. Варсонофия Оптинского о духовном наследии святителя и др.

Одна из первых записей о книге святителя Феофана была сделана 10 января 1908 г.: «…когда я начал стремиться к жизни во Христе, я не читал никаких книг, а только Евангелие, которое и читал месяца два, а еще – “Путь ко спасению” епископа Феофана» [3].

Из жития преп. Никона известно, что в 1906 г. Николай поступил на физико-математический факультет Московского университета. С середины 1906 г. Николай и его брат Иван, ученик старшего класса гимназии, практически перестали посещать занятия, посвящая все время храму.

Вот как об этом впоследствии Николай Беляев записал в Дневнике от 12 апреля 1909 г.: «Вспомнилось мне и то, как я жил перед отъездом в Оптину в первый раз, то есть тогда когда коснулась меня благодать Господня. Когда я учился в гимназии, я не мог пропускать классы и аккуратно посещал гимназию, хотя под конец и мало занимался дома. Также и в университет я ходил аккуратно, хотя дома совсем не учился. В университете я успел проучиться немногим более полугода. Я был на одном курсе и факультете с братом Сережей. Как он, так и я посещали университет аккуратно. Так продолжалось до Рождества.

После Рождества мои мысли и стремления к Богоугождению начали несколько формулироваться, и я стал посещать университет хотя и ежедневно, но с некоторою целию. Именно: под предлогом занятий в университете я уходил утром из дома. Приходил в университет и был там до 9 часов, а с 9 часов отправлялся в Казанский собор к обедне, предварительно заходя по дороге к Иверской, если там народу бывало не очень много. Отслушав литургию, стоя иногда даже всю литургию на коленях, я не спеша отправлялся домой и заходил по дороге в часовню Спасителя и, помолившись там, уже без задержек направлялся домой. Дома я, напившись чаю, садился читать Евангелие, которое и читал более месяца или месяц. Когда Евангелие было прочитано, я начал читать Апостол и «Путь ко спасению» епископа Феофана; читал иногда листочки и брошюрки духовного содержания. Вечером я начинал писать дневник, потом немного молился и ложился спать [4].

Постепенно у братьев Николая и Ивана возникло желание поступить в монастырь. После молитвы в книге «Вся Россия» братья вытянули по жребию названия обители, куда намеревались поступить, – Оптина пустынь.

11 февраля 1907 г. Николай и Иван получили благословение от матери на монашество. Мать отвезла их к почитаемому московскому старцу о. Валентину Амфитеатрову, который посоветовал им просить благословение у монаха. Получили благословение от епископа Трифона (Туркестанова), наместника Богоявленского монастыря в Москве. И 24 февраля 1907 г. прибыли в Оптину пустынь.

Книгу святителя Феофана, наряду с Евангелием, Николай Беляев читал перед поступлением в монастырь, именно она давала ответы юноше на многие духовные вопросы.

Об этом еще не раз упоминается на страницах Дневника. 14 мая 1908 г.: «Батюшка говорил мне: “Ни на минуту не подумайте, что Вы сами пришли сюда; если что-либо есть и было с Вашей стороны, то это только то, что Вы не противились”» Да это, так. Я помню обстоятельства поступления моего в скит и мои чувства… Я вижу, чувствую, что сбылись надо мною слова, прочтенные мною у епископа Феофана (“Путь ко спасению”): “Благодать, действуя в человеке, показывает ему, дает чуть-чуть ощутить сладость духовной жизни и быстро скрывает, поставляя человека на точку безразличия, где и требуется уже от самого человека произволение на новую жизнь” [5]. Эта мысль не является точной цитатой из книги святителя, но достаточно полно передает его мысли, выраженные в главе «О том, как совершается, зреет и крепнет в нас христианская жизнь».

Немного позднее в Дневнике Николай Беляев поясняет это действие благодати в записи от 6 декабря 1908 г.: «Епископ Феофан, да и другие святые отцы учат, что, когда благодать коснется человека, в нем появится ревность к Богоугождению. Если он не подавит ее, то появятся дела. И эти дела он будет совершать легко, ибо собственно не он, а благодать за него будет совершать их. Эту легкость телесных деланий испытал на себе и я, но ничего не понимал: ни сущности этих деланий, ни цели, ни причины. Не заметить изменений было невозможно, но я или приписывал это себе, или не обращал на это внимание. Теперь вижу, что я был под особым действием благодати в миру до приезда в Оптину в первый раз и во время всего нашего первого пребывания в Оптиной; затем, во время нашего пребывания в миру после Оптиной, не знаю, как хранила меня благодать, только бывали заметные расслабления. Наконец, при поступлении в скит, Божия благодать опять заметно воздействовала. Быть может, в миру благодать и более помогала мне, но ее действие было только охранительное, дабы я не погряз совсем. Внешних, видимых проявлений, кажется, не было. И теперь Господь хранит меня, но начинает отнимать у меня благодать, дабы испытать силу и твердость моего произволения. Теперь я немного кое-что понял, прозрел немного, чем я обязан Батюшке и чтению книг святоотеческих по Батюшкиному благословению. Я понял, что монашество есть непрерывная борьба, непрестанное умерщвление плоти, и я, помня это, должен готовиться к борьбе и скорбям. Епископ Игнатий говорит, что подвижник по Божию смотрению, – подвижник Христов, – значительную часть жизни проводит в скорбях, часто очень тяжелых. Поэтому мне надо запастись терпением» [6].

29 января 1908 г., в день памяти св. Игнатия Богоносца братья Николай и Иоанн были облечены в послушнические одежды и получили в напутствие от преп. Варсонофия книги, среди которых была и книга святителя Феофана: «Затем Батюшка дал нам обоим три книжки: “Кончина праведника” – письмо Клавдии Прокулы, жены Пилата, “Митерикон: собрание наставлений аввы Исаии всечестной инокине Феодоре” епископа Феофана и “О внешнем благоприличии и поведении новоначальных послушников» епископа Игнатия (Брянчанинова)”» [7].

Несколько раз на страницах Дневника говорится о своеобразии духовного наследия святителя Феофана и Игнатия (Брянчанинова).

27 марта 1908 г. Николай пишет о том, что при чтении книги святителя Игнатия смущался помыслами о том, что один и тот же вопрос трактуется по-разному у двух духовных авторов. Здесь, видимо, речь идет о разногласии в учении святителей Феофана и Игнатия о духе, душе и теле, которое проявилось в их книгах – «Слово о смерти» и «Прибавление к Слову о смерти» свят. Игнатия и в книге «Душа и ангел – не тело, а дух».

Преп. Варсонофий отвечает на смущение своего ученика: «епископ Игнатий и епископ Феофан говорят не различно; епископ Феофан, так сказать, поправляет епископа Игнатия, поясняет те места, где есть неясности. А епископ Игнатий имел с бесами дело лично, только он об этом не говорит, как, например, и Серафим Саровский не имел обыкновения рассказывать. Поэтому эта книга написана с опыта личного» [8].

5 декабря 1909 г. Николай записывает диалог, который состоялся у него со старцев о внешнем и внутреннем монашестве:

«– А что нужно относить к внешнему и что – к внутреннему монашеству?

– Над этим вопросом много потрудились и епископ Игнатий, и епископ Феофан. Епископ Игнатий написал об этом отдельную статью во 2-м томе [9], а епископ Феофан отдельную книгу «Внутренняя жизнь» [10]. Внешнее монашество – это упражнение в подвигах: посте, бдении, сюда же относится исправное по внешности посещение церковных служб, трезвенность и прочее. А внутреннее монашество – это борьба со страстями, очищение сердца [11].

По благословению преп. Варсонофия Николай читает «Ответы епископа Феофана на вопроса инока о молитве Иисусовой и различных деланий монашеской жизни» [12].

Причем учение о молитве святителя Феофана, по мнению преп. Варсонофия, глубже, чем учение святителя Игнатия. 2 августа 1909 г. Никоай записал в своем Дневнике: «Недавно Батюшка говорил мне о молитве Иисусовой: сочинения епископа Игнатия Брянчанинова необходимы, они, так сказать, азбука, слоги. Сочинения епископа Феофана Вышенского суть уже грамматика, они глубже. Их даже преуспевающие читают с некоторым затруднением» [13].

В беседах преп. Варсонофия со своим учеником о молитве имя святителя Феофана упоминается еще раз – когда старец говорит о том, как действуют страсти в проходящем молитвенный подвиг.

«26-го октября после чая в два часа дня я спросил Батюшку:

– Может ли Иисусова молитва быть в человеке страстном?

– Может, – отвечал Батюшка, – может, но вот как: в первый период молитвы Иисусовой страсть, действуя в человеке, побеждает его, а во второй период при всяком возбуждении страсти человек побеждает страсть.

Страсть остается в человеке до самой смерти, и бесстрастие может быть только относительное. <…> Кто трудится в молитвенном подвиге, тот несомненно ощущает в себе действие страстей, но в человеке, достигшем внутренней молитвы, страсть подобна покойнику – она уже не может властически терзать его, и чем молитва сильнее действует в человеке, чем она более утверждается в сердце подвижника, тем все тише и тише действуют страсти, они как бы спят. <…>

– Значит, Батюшка, – говорю я, – я понял так, что при устной молитве Иисусовой страсть может действовать в человеке даже грубо, а при внутренней уже этого быть не может, хотя он и не делается бесстрастным?

– Да, – сказал Батюшка и обнял меня за голову.

А вечером после благословения сказал, что найдет в “Письмах о христианской жизни” епископа Феофана, как действуют страсти в проходящем молитвенный подвиг. “У него там хорошо сказано об этом, и я, кажется, подчеркнул это…”» [14]

Сам преп. Варсонофий хорошо знал житие и духовное настроение святителя Феофана, ему была близка его уединенная, затворническая жизнь.

28 июля 1909 г. Николай Беляев записал: «Как-то Батюшка говорил мне, что бывает время, когда человек устает и неспособен ни к молитве, ни к письму, ни к чтению, – тогда пусть займется рукоделием, что и исполнял сам преосвященный на деле: он имел, кажется, токарный станок» [15].

В феврале 1909 г. в минуты откровения преп. Варсонофий сказал Николаю, своему близкому ученику и сотаиннику:

«– Я вам, брат Николай, не раз уже говорил и еще скажу: приходит мне мысль – все бросить, уйти в какую-нибудь келью. Страшно становится жить, страшно. Только боюсь сам уйти, а посоветоваться не с кем. Если бы жив был Батюшка о. Варнава, то поехал бы к нему, но его уже нет. А сам боюсь: боюсь, как боится часовой уйти с поста – расстреляют. В таком положении начинаешь понимать слова пророка Давида: “Спаси мя, Господи”. ...Если взять только одну часть фразы, то само собой разумеется, что никто не хочет погибели и не говорит: “Погуби меня, Господи”. Все и всегда могут сказать: “Спаси мя, Господи”. Но он далее прибавляет: “Яко оскуде преподобный”.

Не к кому обратиться, “Господи, спаси мя”. Только теперь мне становится понятным: отчего бежали св. отцы от мира, а ведь именно бежали... хочется и мне убежать в пустыню.

– Батюшка, – говорю я, – да как же одному бежать? Одному нельзя…

Нет, – возразил очень твердо Батюшка, – нет, одному нельзя самому, а одному с Богом – можно. Вот, например, епископ Феофан долго и неоднократно пытался бросить все и удалиться в затвор, но не было на то воли Божией. Прямо как бы в ответ на свое желание он был перемещен на епископскую кафедру во Владимир. И только уже несколько лет спустя удалился в свою милую Вышу… Да… Когда-то и мы с Вами, Николай Митрофанович, будем на “Выше”? Рано или поздно ли, а надо… Что Вы скажете? Да, так-то, мой друг…» [16]

О духовном подвиге святителя Феофана с особым чувством теплоты и внутреннего сопереживания было написано в стихотворении прп. Варсонофия «Памяти в Бозе почившего епископа Феофана Затворника», которое предваряется эпиграфом: «Он бе светильник горя и светя» (Ин. 5, 35).

Покорный высшему небесному веленью,
Он на стезю безмолвия вступил
И подвиг свой великий довершил,
Исполненный глубокого значенья
В наш буйный век духовного растленья.
Воочию он миру показал,
Что в людях не погибли высшие стремленья,
И не померк в их сердце идеал.
Незримый никому, в безмолвии глубоком,
Наедине с собой и с Богом проводил
Он время, но миру христианскому светил
Учением святым и разумом высоким.

В духовной традиции оптинских старцев было принято неоднократно обращаться к одной и той же книге, перечитывать ее.

И преп. Варсонофия, зная, что сочинение святителя «Путь ко спасению» привело Николая в монастырь в сентябре 1910 года снова благословил его внимательно перечитать эту книгу. Николай читал ее в течение месяца с сентября по октябрь 1910 г.

12 сентября 1910 г. Николай записал в Дневнике: «Все время читаю сегодня “Путь ко спасению”: хорошая книга. Она была первой, которую я читал в жизни, когда возбудила меня благодать Божия от спокойного лежания во грехе. Поэтому Батюшка сказал мне однажды, что эта книга должна быть моей настольной книгой“ [17].

Это повторное возвращение к сочинению святителя, когда у Николая был уже опыт скитской жизни под руководством старца Варсонофия, позволяет увидеть в книге какую-то новую глубину, во многом открывает ее по-новому. 20 сентября 1910 г. Николай записывает: «Я прочел у епископа Феофана в “Пути ко спасению”, что надо отыскать в себе главную страсть. Я подумал и не мог остановиться ни на какой страсти. Сказал об этом Батюшке, и он мне ответил, что надо молиться, чтобы Господь открыл эту главную страсть, сам ее не найдешь. А найти ее очень важно для того, чтобы знать, куда направлять свои силы, то есть знать, с какою страстию преимущественно бороться» [18].

3 октября 1910 г. записывает: «Придя от обедни, я попил чайку и сел читать “Путь ко спасению”. Очень хорошо сказано про борьбу со страстями. А я, читая, применяю к себе: как действуют во мне страсти и как бороться против них. Гордости и тщеславия во мне много. Господи, помози мне!» [19]

Чтение книги было закончено 10 октября 1910 г.: «Сегодня окончил читать “Путь ко спасению” епископа Феофана. Глубока и непонятна в некоторых местах эта книга для меня» [20].

Эти последние слова глубоко назидательны и для нас. Чтение духовной литературы должно быть деятельным, усвояться не только разумом, но прежде всего сердцем, питать душу, проявляться в делах и поступках нашей жизни.

Об этом писал и святитель Феофан: «Читать для знания – одно дело, а читать для назидания – другое. При первом много читается, а при втором не надо много читать, а как только из читаемого что-либо падет на сердце, останавливайтесь и думайте, стараясь и разъяснить, а более углубить в сердце сию мысль. Это то же, что превратить сие в предмет богомыслия. Так питать будете душу и растить, а не насыпать ее, как мешок»[21].

 


[1] Житие оптинского старца Никона / <Сост. Мария (Добромыслова), мон> Изд. Введенской Оптиной пустыни, 1996. С. 240.

[2] Дневник послушника Николая Беляева (преподобного оптинского старца Никона). М., 2004. С. 6.

[3] Там же. С. 14.

[4] Там же. С. 240.

[5] Там же. С. 105.

[6] Там же. С. 183.

[7] Там же. С. 35.

[8] Там же. С. 87.

[9] Вероятно, имеется в виду сочинение «О существенном делании монаха».

[10] Внутренняя жизнь: Слова епископа Феофана: (Из слов к тамб. и владимир. паствам, 1859–1866 гг.) / Изд. Афон. Рус. Пантелеимонова монастыря. М.: Типо-лит. И. Ефимова, 1893. То же: 2-е изд. 1899.

[11] Дневник послушника Николая Беляева (преподобного оптинского старца Никона). М., 2004. С. 309–310.

[12] Там же. С. 236. Запись от 22 марта 1909 г.

[13] Там же. С. 266.

[14] Там же. С. С. 285–286.

[15] Там же. С. . 265–266.

[16] Там же. С. 226. Запись от 21 февраля 1909 г.

[17] Там же. С. 398–399.

[18] Там же. С. 400.

[19] Там же. С. 402.

[20] Там же. С. 404.

[21] Творения иже во святых отца нашего Феофана Затворника: Собрание писем. Изд. Свято-Успенского-Псково-Печерского монастыря и изд-ва «Паломник», 1994. Вып. I. С. 220. Письмо к присяжному поверенному Митрофану Рафаиловичу Корякину в Задонск. Письмо № 187 от 18 мая 1888 г.

 
 
     
Разработка веб-сайтов. При перепечатке материалов активная ссылка на svtheofan.ru обязательна. Карта сайта.

Яндекс.Метрика