ПаломничествоПаломничество
ИгуменияИгумения Святыни монастыряСвятыни монастыря Вышенский листокВышенский листок С Выши о Выше. Радио-передачаС Выши о Выше. Радио-передача Воскресная школаВоскресная школа Расписание богослуженийРасписание богослужений ТребыТребы Паломническим службамПаломническим службам Схема проездаСхема проезда
ИсторияИстория
ЛетописьЛетопись ИсследованияИсследования
Свт. Феофан ЗатворникСвт. Феофан Затворник
ЖизнеописаниеЖизнеописание Духовное наследиеДуховное наследие Богослужебные текстыБогослужебные тексты ИсследованияИсследования Феофановские чтенияФеофановские чтения Научные конференцииНаучные конференции Вышенский паломник (архив)Вышенский паломник (архив) Подготовка Полного собрания творений святителя Феофана, Затворника ВышенскогоПодготовка Полного собрания творений святителя Феофана, Затворника Вышенского Юбилейный годЮбилейный год

Кротов Роман

Кротов Роман,
студент Рязанской духовной семинарии

Особенности антропологии святителя Феофана Затворника

Сегодня остается актуальным само обращение к антропологической проблематике трудов вышенского затворника. Это связано, прежде всего, с особенностью метода святителя, в котором «исследование идет не от факта психического, а от переживание веры и благодати – духовного факта, под лучами которого и рассматриваются телесные и душевные особенности человека [1]. Таким образом, обобщение богословского понимания святителем человека является непосредственным обращением к его духовному опыту, актуализацией и переживанием преосвященнейшего в современном христианском сознании. Также является очень важным рассмотрение анторопологического учения святителя ввиду его практической пользы для осознания необходимости живого и осмысленного участия в благодатной жизни Церкви Христовой.

Одной из главных особенностей антропологии святителя Феофана является то, что она полностью строится на сотериологии, из нее исходит и ею определяется. Как пишет прот. Георгий Флоровский: «Тема Феофана всегда о душе, стоящей пред Богом, в сокрушении, и в покаянии, или в молитве» [2]. Антропология в трудах святителя «рассматривается не как носитель абсолютных максим о человеке, а как прикладные пособия в участии человека в домостроительстве спасения… Приятие идеи спасения – это дверь, а чувство благодати – это ключ к ней, за которыми раскрывается понимание духовной антропологии» [3].

Антропология в учении святителя Феофана не является в строгом смысле богословской концепцией или системой. Цель ее построения – чисто практическая: очертить фундаментальные основы духовной жизни христианина. Об этом пишет сам святитель: «Уж как же иначе человеку и жить, как не так, как он устроен. Установив здравые понятия о том, как устроен человек, получим вернейшее указание на то, как ему следует жить»[4]. С другой стороны, создание научной дисциплины или теории, конечной целью которой являлось бы всестороннее рассмотрение человека самого в себе, явно не соответствует смыслу духовной жизни. По мнению святителя, «далеки от истины те, кои поставляют последнею целью человека самого же человека, какими бы пышными названиями они не украшали ее» [5].

Таким образом, предметом христианской антропологии святителя Феофана является образ Божий в человеке – христианская личность. Собственно, к человеку святитель обращается лишь с тем, чтобы очертить истинный путь реализации жизненной цели этого творения Божиего. Что же касается антропологической проблемы, то она возникла, как проблема отчуждения человека от Бога и самого себя [6].

В этом смысле фундаментальной предпосылкой антропологии вышенского затворника является утверждение, что собственно человечность возможна только в том случае, если из нашей природы будет удален грех. До этого момента мы не можем говорить о полноценном человеке, поскольку «беспорядочность, хотя получается нами в зародыше вместе с рождением, но не природна нам, не принадлежит природе человеческой, не так существенна в ней, чтоб без нее человек уже был не человек, а, напротив, без нее-то человек и бывает настоящим человеком… только по устранении ее мы можем являться здравыми в таком виде, в каком следует нам быть по естеству» [7].

Такое полноценное восстановление природы человека возможно только посредством приобщения к благодати Божией в таинстве крещения, которое «и есть возрождение, или новое рождение, поставляющее человека в обновленное состояние» [8]. Важно отметить, что здесь благодать уже представляется как антропологический фактор, необходимое условие и качество созидание человека. Конечно, это действие благодати не ограничивается лишь одним крещением, так как «сатана, обладающий человеком посредством греха, живущего в человеке, вместе с его самостью – как летаргическим сном поражает его дух во всех силах» [9]. Жизнь такого человека, даже обновленного в таинстве крещения, все же не соответствует его естеству, поскольку он призван быть «тварью разумно-свободной» [10], а всякий невнимательный есть раб страстей и привычек. Для совершенствования в духовной жизни необходимо чтобы благодать постоянно нисходила на человека. Иначе мы будем иметь «только вид, что живы, а между тем мертвы» [11]. Поэтому «как нет жизни и живых существ вне природы, так вне Церкви нет духовной жизни и духовно живущих лиц» [12]. Собственно, зарождение духовной жизни начинается «когда благодать Божия, нашедши вход в сердце человека, пробуждает там страх Божий и растревоживает совесть и через них приводит человека к раскаянию и перемене направления жизни своей в мыслях, чувствах, желаниях и делах, и к решимости жить не по-земному, а по-небесному, духовному и Божескому» [13].

Однако значение благодати в антропологии не ограничивается только одной обновляющей возрождающей функцией. По учению святителя Феофана, человек должен стремиться к цели, к которой он предназначен, так «последняя цель человека – в Боге, в общении или живом союзе с Богом» [14]. Но после падения воля человека извратилась и вместо Бога как цели, направилась к себе. Преодоление такого извращения природы человека, возможна только в христианстве, ибо «существо жизни христианской состоит в богообщении во Христе Иисусе Господе нашем» [15]. Богообщение же «совершатся благодатью Святого Духа» [16], поэтому отличительное свойство христианской жизни есть то, что «она есть жизнь благодатная».[17] Поэтому святитель Феофан и призывает: «Желаешь начать жить по-христиански, взыщи благодати» [18]. Без благодати невозможно реализовать свою человеческую природу в ее естественной цели.

Третий момент состоит в том, что благодать Божия, по мнению святителя, является как бы особой существенной частью природы человека, без которой он не может быть полноценным. «Человек по самой природе своей, – пишет святитель, – есть некоторым образом Божеского рода» [19]. И эта причастность Божеству есть причастность именно существенная, поэтому «вселения Бога (в нас) не есть только мысленное, какое бывает в богомыслии от лица человека и благоволении со стороны Бога, а есть живое, жизненное» [20]. «Если б для того, чтобы Бог принял пред Себя человека, – указывает святитель в своих возражениях современным ученым, – требовалось только исправить образ мыслей, то естественники, укравшии в христианстве здравые понятия о всем сущем и предлагая их за свои, могли бы еще казаться имеющими некоторую правость; но ведь для этого нужно совершенное изменение всего внутреннего, духовного строя, а его одними понятиями не произведешь, нужна благодать…»[21]

Благодать, сорастворяясь с человеческим естеством, как бы восполняет его, довершает до необходимого качества, так что «христианин не то, что всякий человек; ибо приемлет в себя с неба особенную силу, как бы особый элемент в состав свой» [22]. В этом смысле особое внимание святитель уделяет факту существенного обновления человеческой природы в купели крещения. В ней «потребное для спасения от Христа Господа переходит на верующего и крещаемого и ему усвояется не номинально, а существенно… Пока он только верует во Христа, сии потребности его суть, но только номинально… в купели же крещения они существенно становятся его собственностью» [23]. Этот момент существенного усвоения человеком благодати повторяется на протяжении всей жизни христианина участием в таинствах Церкви.

Необходимость такого восприятия благодати в человеческое естество определяется тем, что Сын Божий «есть для нас источник жизни истинно человеческой» [24], следовательно, Он может восполнять недостаток нашей природы. В то же время, «жизнь во Христе Иисусе в совершенстве проявляется только благодатью Святого Духа» [25]. «Духовную жизнь получает человек от Духа Божия. Благодать сорастворяется с нами… и производит жизнь по духу» [26].

Такое понимание антропологической значимости благодати Божией имеет фундаментальное значение для построения всей духовной жизни христианина. На опасность небрежения онтологической необходимотью стяжания благодати для человека святитель Феофан указывает: «Мне думается, что многие потому и не живут, как должно, что думают, будто правила о сей достодолжной жизни навязываются совне, а не исходят из самого естества человека и не им требуются» [27].

Возникает вопрос, почему же тогда благодать Божия, существенно нами усваиваемая в таинстве крещения и обновляющая наше естество оказывается как бы недостаточной для того чтобы сохранить целостной природу человека на протяжении всей жизни? Почему нужно непрестанное сочетание Божественной энергией в других Таинствах?

Здесь святитель Феофан разрешает этот вопрос, исходя из антропологических принципов. Основным свойством человека как личности является сознание. Для становления человеческой личности, как существа вышеестественного, необходим непрестанный диалог с Творцом, а не просто с другой личностью.

Неудивительно, что и само богообщение в таком случае «должно быть всегдашним, непрерывным состоянием человека, так что, коль скоро нет общения с Богом, коль скоро оно не ощущается, человек должен сознаться, что стоит вне своей цели и своего назначения»[28]. По этому поводу святитель рассуждал в одном из поучений: «Говорят иногда: Бог создал человека для общества. Мысль эту надо немножко поправить: человек создан для общения с Богом – в этом главная его цель… Беда обществу, в котором общественность поставлена целью!»[29]. Таким образом, постоянное участие в таинствах является выражением естественной потребности нашей личности в богообщении, как необходимом условии становления ее сознания.

Помимо сознания, свойством человеческой личности святитель Феофан определяет свободу и жизнь. Благодать не принуждает к себе насильно: «Первое семя новой жизни состоит из сочетания свободы и благодати, и спеянием ее будет развитие сих же одних элементов» [30]. Господь естественно желал бы, чтобы это семя сохранилось и укреплялось в нас. Человек движимый естественными побуждениями, но будучи ослеплен греховными наклонностями воли, добровольно отдает свою свободу в жертву страстям, удаляя от себя Бога и его благодать. Этот процесс в человеке стал настолько естественным, что лишь посредством больших трудов при содействии благодати он может освободиться от пагубного навыка и полностью предать свое сердце Богу.

Из сказанного ясно вытекает необходимость непрестанного обращения к источнику Божественной энергии. Действием благодати «человек воцаряется в себе и становится полным своим владетелем и распорядителем» [31].

Следующий фактор, определяющий потребность человека в постоянном стяжании благодати, исходит из жизни. Собственно жизнь «есть сила действовать, а жизнь духовная есть сила действовать духовно, или по воле Божией» [32]. Подобно и душа человека «приснодвижна и на одном стоять не в силах» [33].

Обязательность деятельности для человека опять же определяется особенностями его природы. Это есть ответ личности на действие благодати Божией, которой человек возводится до святой решимости. Источник решимости человека сокрыт в его природе, на ответ призывающей благодати.

Эта действенность, подвижность человеческой жизни исходящая из природы личность, требует и такого ответа со стороны Бога – постоянного укрепления, содействия, ответа, ибо «всякое доброе дело, от человека к Богу возносимое есть вместе Божие и человеческое» [34]. «Свой труд всеконечно нужен, – говорит святитель, – но он не дает духовного – существенно и прочно, а только ищет его и подготавливает его. Дает все одна благодать»[35].

В данном случае, этот антропологический фактор деятельности природы личности полнее раскрывает перед человеком необходимость постоянного обращения к Богу, стяжание Его благодати, как силы действовать нравственно. Без этой силы, «вне Церкви нет истинно добродетельной жизни» [36].

То есть, собственно человеческая жизнь неосуществима без Бога, ибо в нас самих средств для этого нет.

В связи с деятельным характером человеческой жизни возникает еще один вопрос, которого касается святитель Феофан – это вопрос антропологической перспективы христианства. Ответы на него духоносный архипастырь дает, исходя из положения о воссоздания человеческой природы в купели крещения. Если в таком случае предположить, что в крещении нам дается недостаточное совершенство естества, то выходит, что и Образ, в Который мы облекаемся, недостаточен. Поэтому святитель здесь утверждает однозначно: «Есть область, не подлежащая уже подновлениям именно потому, что будучи обновлена однажды, она пребывает неизменно новою и всеобновляющею… Само устроение христианства, – продолжает святитель, – точно неподвижно, но всякий вступающий в него и проходящий его, с первой минуты став причастником обновления, потом крепнет в нем, пока не облечется совершенно в нового человека, созданного по Богу в правде и преподобии истины» [37].

То есть в таинстве крещения нам дается и полнота и совершенство человеческой природы. Дальнейшее развитие человека связано с запечатлением этой полноты в свободно-сознательной его деятельности как личности. Здесь нужен труд и «самопожертвование Богу» [38]. Христианину необходимо учредить согласие внешнего человека с внутренним, то есть достичь целостности личности Бог хочет, чтобы дела человека «были совершаемы целым его лицом, а не частью» [39].

Этого требует и сама природа совершенства, ибо оно «не части какой касается, а обнимает всего человека и по духу, и по душе, и по телу, во всех частях и силах его существа» [40].

С другой стороны, Бог есть Личность и человек воспринимает в свое естество благодать не просто как некую безличную силу, а как энергию личностного Творца. Он может как даровать ее, так и отнять. Из этого, по слову святителя Феофана, следует, что «получивши благодать, надо спасение свое соделывать со страхом и трепетом. Благодать как приходит, так и отходит, не с усмотрением нашим. За что наипаче отходит? От какого-нибудь движения гордости, самомнения и самонадеянности» [41]. В этом смысле развитие человека в христианстве есть непрестанный труд стяжание в наше существо благодати, принятой в достаточной мере во время крещения, но из-за движения самолюбия в нас самих постоянно нами отвергаемой. При этом, все, что происходит после крещения в других таинствах, «будет уже не чем другим, как непрестанным повторением того, что действовалось здесь» [42], то есть существенным сочетанием с благодатью.

Таким образом, антропологическая перспектива в христианстве конкретно очерчена в образе Спасителя. По его же заслугам и милости она доступна для каждого человека, поскольку «исходящий из купели крещения бывает и оправдан и праведен… Это и есть облечение во Христа» [43]. Но в реальной жизни от человека требуется также непрестанный труд, чтобы с помощью Божией преодолевать собственную самость и всегда соответствовать определенному в воплощенном домостроительстве образу.

По мысли святителя Феофана, необходимо «устроять свою жизнь по известному плану, вести ее стройно, в постепенном возвышении и усовершении, в полном убеждении, что она ведется по чертежу Небесному – Божественному, каков есть закон христианский»[44].

Другими словами, – «Исполняй волю Божию, чтобы быть в общении с Богом»[45]. В обобщенном же виде норма человеческой жизни есть восстановленная, восполненная и совершенная благодатью Христовой духовная жизнь человека, какою она была в первобытном состоянии.

Для секулярной науки такое понятие развития является абсолютно чуждым и непонятным, поскольку она не признает законов благодатной жизни. Как пишет Г. Ширяев: «Человек не только историческое и природное существо, но еще и надприродное, благодатное и метаисторическое существо, – вот то главное, что разнит философскую антропологию» [46]. Поэтому реальность и доступность Идеала, возможность быть причастным Ему в обыденной жизни для рациональной науки неразрешимые проблемы, а развитие – неопределенная перспектива. В христианской антропологии, так ясно описанной в трудах святителя Феофана, наоборот, истинно человеческая жизнь только потому и возможна, что мы можем реально приобщаться к Идеалу.

Таким образом, основанием антропологических представлений святителя Феофана является мысль о том, что вне благодатных средств спасения, которые предлагает Церковь Христова в таинствах, невозможно стать полноценным человеком. Собственно человечность возможна не столько потому, что к этому каждый индивид обязан своим естественным рождением, сколько потому, что у него есть возможность восполнить недостаток собственной природы Божественной энергией. Антропологическая перспектива нашей жизни в своей полноте дается как факт в таинстве крещения. От нас же в реальной жизни требуется исполнять определенную норму христианской жизни, отвергать решимостью, чтобы эту полноту сохранить и запечатлеть во всем составе и частях нашего естества.

 


[1] Ширяев Г. Антропология свят. Феофана, Затворника Вышенского // russKysam. narod. ru.

[2] Георгий (Флоровский), прот. Пути русского богословия. М., 2009. С. 506.

[3] Ширяев Г. Антропология свят. Феофана, Затворника Вышенского // russKysam. narod. ru.

[4] Феофан Затворник, свт. Что есть жизнь духовная и как на нее настроится. М. Отчий Дом, 2012. С. 16.

[5] Феофан Затворник, свт. Начертание христианского нравоучения. М., 2010.  С. 44.

[6] Ширяев Г. Антропология свят. Феофана, Затворника Вышенского // russKysam. narod. ru.

[7] Феофан Затворник, свт. Что есть жизнь духовная и как на нее настроится. М. Отчий дом, 2012. С. 73.

[8] Феофан Затворник, свт. Путь ко спасению: Краткий очерк аскетики. М., 2008. С. 35–36.

[9] Феофан Затворник, свт. Начертание христианского нравоучения. М., 2010. С. 67.

[10] Там же. С. 45.

[11] Феофан Затворник, свт. Созерцание и размышление. М., 2007. С. 45.

[12] Феофан Затворник, свт. Начертание христианского нравоучения. М., 2010. С. 38.

[13] Ширяев Г. Антропология свят. Феофана, Затворника Вышенского // russKysam. narod. ru.

[14] Феофан Затворник, свт. Начертание христианского нравоучения. М., 2010. С. 39.

[15] Феофан Затворник, свт. Путь ко спасению: Краткий очерк аскетики. М., 2008. С. 18. 

[16] Феофан Затворник, свт. Что есть жизнь духовная и как на нее настроится. М. Отчий Дом, 2012. С. 85.

[17] Феофан Затворник, свт. Начертание христианского нравоучения. М., 2010. С. 77.

[18] Феофан Затворник, свт. Путь ко спасению: Краткий очерк аскетики. М., 2008. С. 31.

[19] Феофан Затворник, свт. Начертание христианского нравоучения. М., 2010. С. 39.

[20] Феофан Затворник, свт. Путь ко спасению: Краткий очерк аскетики. М., 2008. С. 309.

[21] Феофан Затворник, свт. Созерцание и размышление. М., 2007. С. 54–55.

[22] Феофан Затворник, свт. Воплощенное домостроительство. Опыт христианской психологии в письмах. М., 2008. С. 9.

[23] Феофан Затворник, свт. О разных предметах веры и жизни: Собр. писем. М., 2007. С. 131.

[24] Феофан Затворник, свт. Что есть жизнь духовная и как на нее настроится. М. Отчий Дом, 2012. С. 83.

[25] Феофан Затворник, свт. О разных предметах веры и жизни. Собрание писем. М., 2007. С. 181.

[26] Феофан Затворник, свт. Путь ко спасению: Краткий очерк аскетики. М., 2008. С. 283.

[27] Феофан Затворник, свт. Что есть жизнь духовная и как на нее настроится. М., 2012. С. 16.

[28] Феофан Затворник, свт. Начертание христианского нравоучения. М., 2010. С. 44.

[29] Феофан Затворник, свт. Созерцание и размышление. М., 2007. С. 268–269.

[30] Феофан Затворник, свт. Путь ко спасению: Краткий очерк аскетики. М., 2008. С. 337.

[31] Феофан Затворник, свт. Начертание христианского нравоучения. М., 2010. С. 92.

[32] Феофан Затворник, свт. Начертание христианского нравоучения. М., 2010. С. 77.

[33] Феофан Затворник, свт. Что есть жизнь духовная и как на нее настроится. М., 2012. С. 21.

[34] Феофан Затворник, свт. Начертание христианского нравоучения. М., 2010. С. 160.

[35] Феофан Затворник, свт. О разных предметах веры и жизни. Собрание писем. М., 2007. С. 439.

[36] Феофан Затворник, свт. Начертание христианского нравоучения. М., 2010. С. 148.

[37] Феофан Затворник, свт. Созерцание и размышление. М., 2007. С. 120–121.

[38] Феофан Затворник, свт. Начертание христианского нравоучения. М., 2010. С. 565.

[39] Феофан Затворник, свт. Начертание христианского нравоучения. М., 2010. С. 164.

[40] Феофан Затворник, свт. Воплощенное домостроительство. Опыт христианской психологии в письмах. М., 2008. С. 126.

[41] Феофан Затворник, свт. О разных предметах веры и жизни. Собрание писем. М., 2007. С. 440.

[42] Там же. С. 222.

[43] Там же. С. 191.

[44] Феофан Затворник, свт. Начертание христианского нравоучения. М., 2010. С. 92.

[45] Там же. С. 59.

[46] Ширяев Г. Антропология свят. Феофана, Затворника Вышенского // russKysam. narod. ru.

 
 
     
Разработка веб-сайтов. При перепечатке материалов активная ссылка на svtheofan.ru обязательна. Карта сайта.

Яндекс.Метрика